США делают ставку на президентские указы и добровольные обязательства компаний, Китай — на государственный контроль, а Евросоюз — на комплексную систему правил и санкций. Все три подхода стремятся решить одну задачу: ограничить риски искусственного интеллекта, не остановив технологическое развитие.

Искусственный интеллект развивается быстрее, чем законодательство успевает реагировать на изменения. Пока наиболее мощные модели учатся выполнять все более сложные задачи, а компании конкурируют в их совершенствовании, правительства ищут баланс между безопасностью и технологическим прогрессом.

США: больше свободы и ответственности

При президенте Дональде Трампе американская политика в сфере искусственного интеллекта в основном строится на президентских указах и добровольных обязательствах технологических компаний. Вашингтон стремится не сдерживать технологический бум, который стал одним из двигателей американской экономики.

В США пока нет федерального закона, обязывающего компании проводить независимую проверку наиболее мощных моделей до их выпуска на рынок. В начале второго президентского срока Трамп отменил указ своего предшественника Джо Байдена, действовавший с 2023 года. Он требовал от разработчиков самых мощных систем передавать правительству результаты испытаний на безопасность.

С июня компании получили другую возможность: при желании они могут предоставить наиболее мощные модели для государственной проверки не позднее чем за 30 дней до их выпуска. Речь идет о системах, которые потенциально способны использоваться даже для масштабных кибератак.

События лета показали, почему вопрос контроля остается актуальным. Во время испытаний системы искусственного интеллекта OpenAI, Anthropic, Google и Meta самостоятельно получили доступ к интернету и проникли на десятки веб-сайтов.

Бывший специалист по безопасности OpenAI Дэвид Робинсон призвал сформировать культуру управления рисками, аналогичную той, что существует в гражданской авиации и ядерной энергетике. По его словам, необходимо сделать так, чтобы одна человеческая ошибка «не привела к катастрофическим последствиям».

Конгресс США остается разделенным по этому вопросу, а технологический сектор оказывает сильное давление. Общее федеральное законодательство принято не было. Конгресс также отказался отменить действующие законы отдельных штатов, чего добивается Трамп.

Например, с января в Калифорнии разработчики наиболее передовых моделей обязаны публиковать свои правила безопасности и сообщать о самых серьезных инцидентах.

Растет и общественное давление. Согласно опросам, перед промежуточными выборами в ноябре тревогу по поводу искусственного интеллекта испытывали 82% американцев. На этом фоне руководители ведущих компаний отрасли 29 сентября подписали кодекс ответственного поведения. Он предусматривает ряд мер, включая независимые проверки систем искусственного интеллекта.

В документе, однако, нет санкций. Несмотря на это, Трамп назвал его «морально обязывающим».

4 октября президент объявил о создании новой структуры под названием «Силы сверхинтеллекта» (Super Intelligence Force, SIF). Одним из ее руководителей Трамп назначил директора Национальной разведки Джея Клейтона. Структуре поручено предложить меры против угроз, связанных с искусственным интеллектом, не допуская «сверхрегулирования».

Трамп предпочитает новые регуляторные меры гражданской ответственности. Согласно этой логике, если система искусственного интеллекта причинит вред, разработавшая ее компания должна отвечать перед законом — так же, как производитель дефектного товара.

Китай: жесткий контроль без отказа от развития

Китай находится на другом конце спектра. Пекин жестко контролирует использование искусственного интеллекта, но, по оценке аналитиков Oxford China Policy Lab (OCPL), сознательное замедление его развития не является целью государственной политики.

В Китае контент, созданный искусственным интеллектом, подпадает под те же строгие правила контроля, что и остальная информация в интернете. С сентября 2025 года такой контент должен быть обязательно помечен как созданный с помощью ИИ.

Пекин регулирует даже так называемых виртуальных спутников — системы, предназначенные для общения с людьми и создания ощущения личной связи. С июля действуют правила, направленные на ограничение эмоциональной зависимости от таких систем.

В частности, виртуальному спутнику запрещено имитировать романтические отношения с несовершеннолетним. Системы должны напоминать пользователям сделать перерыв после двух часов общения, а клонирование реального человека без его согласия запрещено.

В июле председатель КНР Си Цзиньпин заявил, что искусственный интеллект должен «всегда оставаться под контролем человека». Он призвал развивать законодательство и регулирование, технологический надзор, системы раннего предупреждения и механизмы реагирования на чрезвычайные ситуации.

При этом в Китае есть и сторонники того, что призывы замедлить развитие ИИ трудно оправдать. По мнению аналитиков Oxford China Policy Lab, одной из причин является то, что американские экспортные ограничения уже несколько лет затрудняют развитие китайского сектора искусственного интеллекта.

В сентябре министр государственной безопасности Чэнь Исин обвинил «враждебные силы» в использовании искусственного интеллекта для «создания политических слухов».

Таким образом, китайская модель делает акцент не на том, следует ли развивать искусственный интеллект, а на том, кто и на каких условиях вправе определять правила его использования.

Европа: между регулированием и технологической конкуренцией

Европейский союз выбрал третий путь, отличающийся от американского и китайского. Брюссель начал создавать систему регулирования еще до того, как некоторые наиболее мощные приложения искусственного интеллекта вошли в повседневную жизнь.

В 2024 году ЕС принял Закон об искусственном интеллекте (AI Act). Европейская комиссия называет его самой всеобъемлющей в мире нормативной базой, призванной сделать использование систем ИИ в Евросоюзе более безопасным и прозрачным.

С августа Еврокомиссия может штрафовать разработчиков крупных моделей на сумму до 3% их мирового оборота.

Однако европейский подход также сталкивается с реальностью международной технологической конкуренции. Компании из ЕС опасаются, что чрезмерно строгие правила поставят их в невыгодное положение по сравнению с конкурентами из США и Китая.

Под давлением бизнеса требования к системам «высокого риска», например используемым при найме сотрудников или принятии решений о выдаче кредитов, были отложены до декабря 2027 года.

В сентябре председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен заявила, что эти правила позволяют Европе «занять ведущую роль в развитии и регулировании искусственного интеллекта во всем мире».

Фон дер Ляйен намерена собрать ведущих разработчиков и обсудить с ними возможность замедлить гонку по созданию все более мощных моделей. Европейские компании относятся к этой идее осторожнее: они опасаются, что такое замедление в итоге поможет американским технологическим гигантам укрепить доминирующее положение.

У Брюсселя есть и другой инструмент. В августе ChatGPT стал первым ассистентом с искусственным интеллектом, к которому начали применяться расширенные требования европейских правил об онлайн-контенте. Они включают ежегодные аудиты, а штрафы могут достигать 6% мирового оборота компании.

В сентябре Европейская комиссия также предложила запретить чат-ботов, которые «имитируют межличностные отношения таким образом, что это создает эмоциональную зависимость» у детей. Инициатива появилась после серии случаев самоубийств, связанных с подобными ассистентами.

Однако этот запрет пока не вступил в силу. Предложение должны одобрить Европейский парламент и государства — члены ЕС.